Коты-Воители: Время вперёд!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Лес Мудрости

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Лес Мудрости.

Протяжённость этого леса слишком огромна для каких-либо измерений. В нём можно встретить и ручей, и речку, и полянку, и пещерку, и всё, что только захочется. Близость к морю делает прибрежную зону влажной, поэтому кое-где встречается тропическая растительность. Лес окружают длинные цепи гор, бесконечно переплетающиxся друг с другом.

http://sa.uploads.ru/t/4Tx16.jpg

>>>Посмотреть на карту<<<

0

2

Ленивое солнце уже пересекло половину неба, а Сэм только-только успел проснуться и отправиться на охоту.  Хоть и свыкся он с лесной жизнью, а ночевать в тепле было куда приятней, и сон его затянулся. Может и не стоило задерживаться настолько долго среди людей, но как же иногда приятно окунуться хотя бы на денёк в ленивый образ жизни, забыть обо всём и просто ничего не делать. Он неспешно пересекал покрытую редкими цветами поляну и постепенно осознавал, что пора бы чем-нибудь подкрепиться. После большого количества неудачных попыток что-либо поймать себе на уже и без того запоздалый завтрак, обозлившийся кот проклинал себя всеми известными ему бранными словами. Лапы не слушались, а глаза отказывались открываться целиком и сосредотачиваться на чём-то одном, постоянно меняя свою цель, а то и вовсе не замечая ничего. Сэм привык к безделью, а его тело привыкло к просиживанию хвоста около камина, и теперь это сыграло с ним злую шутку. Увлекшись мыслями о собственной бездарности, Сэм не сразу приметил отдалённый писк и сперва даже подумал, что это его голодный живот, не выдержав, просит о помощи морских Богов. Однако, спустя несколько мгновений, ему даже удалось понять, откуда исходит этот эпизодический звук, и последовать в этом направлении. Завернув за последнее из ограждающих его от цели деревьев, Сэм возликовал. Он не задумывался ни о том, зачем столь маленькому бобрёнку понадобилось валить столь огромное дерево, ни о том, почему на его крики о помощи не пришёл никто, кроме голодного уставшего кота. Он так долго не мог найти себе пропитание, и вот оно само нашло его и даже не затруднило необходимостью себя ловить. Завидев блеск в глазах идущего к нему кота, бобрёнок перестал кричать и стал молча смотреть прямо в искрящиеся от радости глаза. Он больше не пытался ни выбраться, ни позвать на помощь, потому что понимал: Его уже ничто не спасёт. А Сэм, в свою очередь, медленно подступал к нему и с каждым шагом улыбка на его морде блекла, сменяясь испугом. Лапы тяжелели и, в конце концов, он совсем остановился, не дойдя буквально пару шагов. Он смотрел на бобрёнка, пытаясь понять, что же его так напугало... и вспомнить, где же он это видел. И тут его осенило. Ведь когда-то такое же маленькое создание, подобно этому бобрёнку, было отрезано от семьи и от места обитания. Сэм уже видел этот взгляд, смотрящий на него с поверхности морской глади. Это потом маленький котёнок по имени Оскар добрался до берега и был спасён, а там, посреди океана, точно такое же маленькое создание смотрело на своё отражение в воде и понимало, что его жизнь закончиться здесь и, если не сейчас, то в скором времени. Сэм поднял голову и расхохотался. Затем высвободил бобрёнка из под старой коряги, и, заметив, как тот не использует одну лапу по назначению, спросил:
- Болит?
Бобрёнок, всё это время в ступоре наблюдавший за действиями этого, несомненно, по его мнению, безумного кота, только и смог сказать что-то отдалённо напоминающее отрицание, при этом не отрывая глаз от своего новоиспечённого спасителя. Сэм, не обратив внимания на его ответ, спросил, в какой стороне его дом и, заметив скорее нервное подёргивание, чем полноценный взгляд в глазах спасённого в сторону реки, схватил его зубами и потащил в указанную сторону. Оставив бобрёнка поодаль от его дома, Сэм побрёл выискивать себе место для ночлега и уснул почти мгновенно. Однако выспаться как следует ему так и не удалось.

0

3

Hачало игры.
Где-то неподалёку от Леса Мудрости.

Новый день встречает малышку Юпитер пасмурным небом, затянутым словно бы гневающимися на всё живое тучами, и прохладным ветром, заносящим в незащищённое от буйной стихии убежище капли небесной воды. Она разлепляет бледные голубые глаза, отфыркивается недовольно и тихо чихает, а после, ещё не совсем придя в сознание после сна, на инстинктивном уровне ползёт к материнскому телу, к теплу, и довольно приваливается к кошачьей костлявой спине, защищённая от непогоды. Вертится, будто пытаясь укутаться в собственный мех, слепо толкается лапками, но вскоре оставляет свою затею и сопит размеренно в такт дыханию матери.

Когда она просыпается во второй раз, материнской спины рядом уже не оказывается. Юпитер со спокойствием относится к внезапному исчезновению; не столько знает, сколько чувствует не то нутром, не то интуицией, что скоро кошка-мать вернётся к ним в дом с добычей − то будет хилая мышка или амбарная крыса со страшной мордой и злыми глазами, а может и вовсе клювастая чайка − и начнёт упрашивать дочь съесть хоть несколько кусочков. Юпитер также знает, что обязательно проглотит питательное мясо, что улыбнётся и, может, даже попросит добавки − всё ради того, чтобы мама обрадовалась её поведению и перестала выглядеть такой грустной.

Кошечка не ошибается в своих рассуждениях. Вскоре за порогом убежища слышатся посторонние звуки, помимо бьющего по поверхности земли дождя, и Юпитер напрягается и опасливо вжимается в стенку, забывая, как дышать, ровно до того момента, пока мать не показывает своей длинной треугольной морды. Кошечка трётся об её мокрую лапу, урчит шумно-шумно; пока мать устраивается на месте, увлечённо рассказывает о том, как тренировалась ходить в её отсутствие, ловит в чужом взгляде улыбку... и смотрит на плюхнувшуюся прямо перед носом звериную тушку. Юпитер не понимает, как надо реагировать на добычу; при взгляде на мёртвое существо она испытывает смешанные чувства отрицания (мамино молоко вкуснее) и проснувшегося аппетита (инстинкты хищника берут верх).

Солнце, — слышит она мягкий голос над головой в момент обнюхивания туши и заинтересованно дёргает тёмными ушками, — ты же знаешь, что у меня почти не осталось молока. Ешь мышку, пока она тёплая. Наберёшься сил, научишься бегать.

Юпитер воодушевляется мгновенно, как бывает всякий раз, стоит ей услышать фразу про ходьбу или бег, и на автомате вгрызается неокрепшими клычками в сочное мясо, старательно пытаясь оторвать себе кусок. Пачкается еле тёплой кровью, но всё же жуёт и даже проглатывает, чувствуя, как внутри всё теплеет, а живот перестаёт сводить от голода. Мать лишь молча награждает её ласковым взглядом.

Кошечка смотрит в сторону выхода из убежища со всем своим возможным детским восторгом, представляя, как однажды она выйдет на пляж, прогуляется по расположенному неподалёку, со слов матери, леску, или впервые сама поймает чайку. Смотрит − и внутри магматической горячей волной поднимается недовольство такой страшной Вселенской несправедливостью; Юпитер готовится вскочить на лапы и показать миру свою силу духа, но оказывается перехваченной матерью. Та, урча, вылизывает испачканную шёрстку, советует сперва переварить обед, вцепляется лапой в стройное котячье тело чуть сильнее, когда дочь делает попытку вырваться из захвата.

«Ну и ладно, — думает Юпитер обиженно, расслабляясь под материнскими прикосновениями. — Успею ещё, никуда этот пляж с чайками не денется».

Внутренние часы подсказывают, что время близится к полудню. Впереди её ждёт долгий дождливый день.

Отредактировано Юпитер (2016-10-09 15:39:52)

+5

4

Юпитер не чувствует себя «слабой», «беспомощной» или «недоразвитой» − в конце концов, она даже слов таких не знает. Кошечка смотрит в задумчивости на свои крошечные лапки, выпускает крошечные коготки, щурит глаза и кладёт крошечную голову с крошечными ушками на передние конечности. Вздыхает, смотрит на вожделенный выход из убежища, окно в настоящий мир, не окружённый четырьмя (если честно, она не уверена, сколько конкретно стен в их с матерью доме − считать в её возрасте довольно проблематично) стенами. Смотрит долго, внимательно, изучая каждый изгиб на неровном из-за нелепо наваленного мусора проходе, а у самой лапы − те самые, крошечные − так и чешутся от желания встать и пойти. Подняться гордо, распушить шёрстку на белой грудке, кивнуть матери важно: «Спасибо, что вырастила меня. Дальше я сама», − и уйти под фанфары и гаснущее вдалеке оранжево-красное солнце заката.

Юпитер, маленькая мечтательница, трясёт головой, словно пытаясь выкинуть из неё ворох глупых мыслей. Она пытается представить, не вдаваясь в ужасные для детской психики подробности, как бы жила, не будь рядом матери, но каждый приходящий в голову вариант развития событий выглядит хуже предыдущего, и малышка отметает их все. Будущее без матери представляется ей мрачным и неизвестным, и кошечка решает исключить торжественный уход из собственных фантазий.

Бегать, однако, хочется. Юпитер раздумывает немного, оглядывается вглубь убежища, проверяя, крепко ли спит мать; взглядом проходится по так и не тронутой после её дневной трапезы мышке, сетует по-детски наивно на безалаберность матери (как можно кидать дичь в свободный угол и забывать о ней?) и мысленно возвращается к своей затее. Сейчас или никогда.


Первый шаг ей уже кажется чем-то вроде рутины. Всё происходит ожидаемо: делает шажок, второй − и падает, плюхается безвольным бежево-коричневым мешком на холодный пол, удерживая рвущуюся наружу душащую горькую обиду. Хочется ударить лапкой по полу убежища, взвыть волком, поползти жаловаться к маме, забыть про собственные стремления и жить вот так всегда, ползая, словно букашка.

Юпитер всхлипывает и пытается вновь, обещая себе, что вот этот вот раз совершенно точно последний. Ещё, ещё и ещё, вновь и вновь; и в один момент она сама не понимает, что происходит − лишь чувствует на своей шкурке, на носу, мгновенно погрязших в грязи лапках удары капель воды. Видит яркое окружение, полное самых разнообразных красок; видит, как с дерева неподалёку взлетает незнакомая птица, шумно хлопая крыльями.

Видит − и понимает вдруг, что стоит. Некрепко, широко расставив лапки в стороны в попытке удержать равновесие, готовая упасть в любой момент, но стоит. Юпитер вздыхает рвано, давит восхищённый писк, мечется взглядом от одного объекта к другому, желая сохранить в голове как можно больше картинок. Наблюдающая за красотой природы, кошечка теряет счёт времени, и спустя, кажется, целую вечность её хватают за загривок сильные челюсти и рывком тащат обратно в убежище.

Глупая, под дождь зачем? — обеспокоенно ворчит мать, яростно вылизывая мокрую до нитки Юпитер, игнорируя все её восторженные чувства. Кошечка не слышит чужих слов; в ушах у неё шумит дождь и слышатся голоса прекрасной природы.

Хочу туда снова! — заявляет малышка, но её строго одёргивают. Завтра. Всё завтра.

Возбуждённая, она никак не может найти в себе силы заснуть, но и попыток к бегству не предпринимает. Завтра мама покажет ей их дом. Завтра отведёт на пляж. Завтра покажет, как ловить чаек. Завтра, завтра, завтра! Юпитер сворачивается в клубок, грозно шипит на собственный трясущийся хвост, придавливает его к земле лапой − и действительно засыпает спустя время, измотанная, как и всякий малый детёныш, таким невероятным открытием. Знает, чувствует внутри, что завтрашний день терпеливо дождётся ей пробуждения.

+1

5

Едва сомкнув глаза, он оказался на берегу реки. Течение усиливалось, и воды становилось всё больше и больше, пока она не вышла из берегов, и в конце концов вокруг остались только торчащие из-под воды верхушки деревьев, и коe-где проплывали разного размера коряги. На одну из них Сэм и уселся, выбравшись из воды. Только забравшись на неё, он огляделся вокруг и увидел, что на небе отчего-то сияют звёзды и отражаются в воде, хотя вокруг очень даже светло и вообще день. Внезапно прямо рядом c мирно плавающим котом начала бурлить вода, а ещё спустя пару мгновений его взору открылась барахтающаяся в воде белая кошка. Её шерсть загадочно отливала серебряным, а морда была испуганной. Но едва она заметила Сэма, испуганное выражение смыло водой как в переносном, так и в буквальном смысле. И без единой эмоции она изрекла:
«Найди меня и приведи туда,
Где соль берёт своё начало.
В гибели нашей лишь вода,
Она же и наше спасенье».

Закончив лицезреть, без сомнения, самое вразумительное в его жизни сновидение, Сэм открыл глаза и тут же пошёл на охоту. Ему хотелось забыть это как можно скорее. И ему это удалось. Но только до следующей ночи, ибо в неё всё повторилось. А потом ещё раз. На третий день, после длительных терзаний и размышлений, напуганный собственным неожиданным сумасшествием кот решил во что бы то ни стало найти эту кошку, если она существует и помочь ей разобраться в отношениях с реками, ибо как ни пытался он убедить себя в том, что это был лишь сон, бессонница и повторяющиеся события не дали ему сделать этого в достаточной степени, чтобы он мог спокойно жить дальше.
Не придумав ничего лучше, Сэм отправился на поиски того, кто смог бы разъяснить, как в этих или ближайших краях могут быть связаны такие слова, как «Река», «Белая кошка» и «Вода». Пожалуй, скорее «Много воды».

+2

6

Прошло немало времени прежде, чем Сэм позволил себе остановиться  и передохнуть. Этот переход оказался на удивление долгим. Вот уже несколько дней (а может и недель, счёт времени давно был им утрачен) он двигался вглубь материка в надежде на подсказки, ибо куда же именно ему нужно идти, он не знал, а злоупотреблять удачей – дело не самое правильное. Не тратя время на поиски удобства, Сэм завалился под ближайшее деревце и уснул. Без снов и удовольствия, как и каждый раз со дня снисхождения на него его новой «судьбы». Конечно, первое время он ещё изредка встречал в своих снах тонущую кошку, но и она вскоре растворилась в пустоте, не оставив ничего, кроме стремления достичь цели, несмотря ни на что.
Проснувшись, Сэму, как обычно, казалось, будто бы он только что уснул. Поэтому он первым делом проверил положение солнца на небе и, убедившись, что сейчас именно утро, отправился на поиски еды. Утро выдалось весьма приятное, с неба не падал даже, а скорее мягко спускался еле заметный дождик, сводя на нет любую жару, но в то же время не создавая ощущения сырости или холода. Скорее уж влаги и прохлады. Подушечки лап щекотала редкая трава с даже не собирающейся испаряться росой. Сэм любил такую погоду ещё будучи мореплавателем. Здесь же, в лесу, она привлекала его ещё больше. Однако насладиться ею в полной мере ему помешала сидящая на поляне прямо за деревьями куропатка. Подкрадываясь к ней, Сэм вспомнил о предстоящей ему задаче. Мысли его занимал не вопрос того, как найти вечно утопающую кошку, а что делать потом. Сказать: «простите, вы тонули у меня во сне, не нужна ли вам помощь? Где-то тут был мой спасательный жилет… Не желаете ли отправиться с первым встречным «Туда, где вода берёт своё начало»?». Наспех прицелившись, Сэм оттолкнулся от земли и, приземлившись точно там, где и собирался, сделал то, что и собирался сделать. А что если ей вовсе и не нужна помощь? Если она прогонит его, что он будет делать тогда? Наверное, об этом лучше не думать. Увлекшись своими мыслями, Сэм и не заметил, что из-под неприметного куста за ним всё это время наблюдает не менее неприметный силуэт кота. Его внешность была скрыта в тени, однако это не мешало лицезреть выражение удивления, застывшее у него на глазах и, внезапно, Сэм понял его причину. Не каждый день увидишь, как кто-то убивает птицу, затем в течение длительного времени просто смотрит на неё и не делает ничего.

0

7

Когда кот был маленьким, Двуногие прозвали его Моисеем. Не то чтобы он когда-либо плавал по реке в корзине — просто человеку захотелось так назвать кота. А кот, хоть и не спасал никого, но зато был очень неглупым и даже сильным. Моше — так иногда Двуногий ласково звал его — прожил свою жизнь, часто путешествуя по городам и деревням. Он любил людей и не встревал в драки с другими котами, был общителен, но немного странноват.
    Сегодня Моисей проснулся рано. Он ночевал в деревне вблизи моря. Первым делом он прошёлся с важным видом по населённому пункту, пристал к какой-то бабушке, которая не удержалась от желания накормить умилительного пушистого серого кота вчерашней рыбой. Рыба Моисею очень понравилась: уже на втором куске он начал громко мурчать, благодаря человека за столь божественную пищу. В целом, человек тоже был собой доволен.
    Через какое-то время после завтрака Моисей отправился на прогулку, намереваясь изучить ближайшие окрестности. Голубоглазого кота не смущало обилие туч на небе и непрекращающаяся сырость: только трус может отложить свои дела из-за непогоды. Вдыхая в себя прохладный свежий воздух леса, Моше полностью наслаждался окружающей его обстановкой.
    Внезапно кот услышал какое-то шевеление неподалёку и навострился: то явно была не мышь и даже не дрозд, а нечто покрупнее. Шмыгнув в ближайший куст, серый кот проворно замёл свои следы хвостом и затаил дыхание.
    Взору его предстала небольшая поляна, на которой внезапно появился обладатель шуршания. Моисей облегчённо вздохнул, завидев другого кота — всё-таки не хотелось наткнуться на лису или ещё какого дикого и опасного зверя (мало ли, кто тут в чужих лесах водится!). Но всё же взгляд его от этого не утратил заинтересованности, которую к тому же подстегал ещё больше негромко бренчащий медальон у незнакомца на шее. Какое-то время чёрно-белый кот просто стоял, погрузившись в какие-то мысли, но на поляну внезапно вышел третий незнакомец — куропатка. Моисей невольно облизнулся, завидев такую толстую, но понял, что лучше её поймает незнакомец: уж слишком опасно выглядели для Моше мускулы Сэма, и слишком велика была разница в возрасте — года три точно были, по субъективной оценке самого Моисея. Дальше происходило что-то очень странное. То есть, в охоте незнакомца Моисей не увидел ничего странного или незнакомого, а вот то, как долго тот стоял над уже мёртвой куропаткой, немного удивило серого кота. Вдруг словно почувствовав его казус, незнакомец повернулся и посмотрел Моисею прямо в глаза. От этого взгляда Моше стало не по себе. Он понял, что скрываться больше нет смысла, но всё равно оставался сидеть в кустах, словно те могли защитить его в случае чего.
  — Молишься? — спросил Моисей, чтобы нарушить возможное неловкое молчание и выяснить причину столь длительного созидания над трупом убитой куропатки.

0

8

- Н-нет.. Наверное. А должен? – ответил задумчивый кот. Если подобный набор слов вообще можно считать ответом. К этому моменту незнакомый кот показался из теней листвы и Сэм увидел лукавую улыбку на его морде, определённо значащую, что даже если вопрос и не был риторическим, этого кота явно интересовали не гипотетические молитвы, а причина недавнего ступора во время охоты. Поняв это, Сэм и сам улыбнулся во весь рот, давая собеседнику понять, что, во-первых, шутку он оценил, а во вторых, настроен вовсе не зловредно и очень даже дружелюбно. Чтобы подкрепить свои слова делом, а так же окончательно избавиться от нотки недоверия в уголках глаз повстречавшегося ему кота, Сэм жестом пригласил того угоститься несчастной мёртвой дичью у его ног. Возможно, ему и стоило бы с опаской отнестись к новому знакомству, но тот факт, что он наконец-то встретил кого-то, кто может что-то знать о расположении нужных ему мест, не давал ему повода сомневаться в правильности собственных действий.

0

9

    Моисею было интересно наблюдать за реакцией незнакомого кота: вот тот ответил нечто невнятное, затем посмотрел на Моисея, затем переварил шутку и выдал улыбку. Улыбка была чрезвычайно доброй, так что юный путешественник несколько расслабился и даже сделал шаг навстречу собеседнику, но всё ещё некоторая опаска оставалась в его взгляде. Однако когда Сэм пригласил жестами к обеду, Моисей окончательно удостоверился в том, что незнакомец вреда не причинит. По крайней мере, пока. «Отравить меня куропаткой у него вряд ли получится, если только он не отравил её перед моим приходом… Но он выглядит слишком наивно для такой аферы, не похож на маньяка-убийцу. Скорее уж сам кинется в бой, чем станет прибегать к орудиям женщин», - мелькнуло в голове у Моисея, пока он подходил к дичи.
  — Откуда ты? Как тебя зовут? — спросил белый, как снег, кот, откусывая кусок упитанной куропатки. Новое знакомство нравилось ему всё больше и больше.

0

10

- Сэм. – Промямлил Сэм с полным ртом . По крайней мере, так ему казалось. На деле же вышло нечто вроде фена или хрена. Осознав, спустя полдесятка тщательных прожёвываний, что речь его не блистает внятностью, чёрно-белый кот усмехнулся, демонстрируя собеседнику содержимое собственного рта и являя собой воплощение нелепости. Разумеется, сам он этого не заметил, так как не ведал, что такое законы о приличии и с чем их едят.  Наскоро покончив забавляться в душе собственной способности складыванию букв в слова, усердно жующий кот хотел было ответить встречным вопросом, но вспомнил, что спросили у него не только об имени.
- Трудно сказать, - сказал Сэм, скорее озвучивая вслух очевидное, нежели пытаясь действительно ответить . – Я так много путешествовал, что вряд ли смог бы вспомнить . Но точно могу сказать, что издалека.

+1